Ошибка

Замок квартиры тихонько щелкнул, и трое парней весьма не интеллигентного вида ввалились в прихожую. Из кухни выглянул полноватый мужик лет сорока, в очках с толстыми стеклами. Он долго понять не мог, о чем его спрашивают и один из бандитов со всего маха ударил его кулаком в лицо. Очкарик отлетел к самой кухонной двери, уткнулся спиной в дверной косяк и отключился. А они начали его мутузить то ногами то кулаками, со злобой приговаривая

– Ну ты, тварь, говори, где деньги, где золото, документы?

Они затащили в комнату хозяина квартиры, и один из них продолжал его избивать, а двое других взялись обыскивать квартиру. Включенный на полную громкость телевизор орал на всю комнату, а в инвалидном кресле на колесиках мирно спала старая бабка. Настолько старая, больная и беспомощная, что никто не обращал на нее внимания.

Мебель в квартире была такая же старая, как и бабка, довоенная. Гардероб с резьбой по верху, круглый раздвижной стол на толстых ножках, комод с зеркалом и сервант с гранеными стеклами и резным узором на дверцах. Железная кровать с никелированными спинками и блестящими шариками, да старенький диван с двумя валиками и полочкой с зеркальцем, на которой была постелена беленькая салфеточка, с выставленными семью белыми слониками.

Бандиты вытряхивали вещи и белье из шкафа, книги с книжных полок, муку крупы и макароны на кухне, но ничего не нашли. В старой кожаной сумочке лежали ордена и медали, удостоверения к ним, две сберкнижки со смешными на взгляд грабителей деньгами на счетах, военные фотографии и вырезки из старых газет. Бабка продолжала спать, бессильно свесив голову набок и чуть вперед. Сложенные на животе руки были синюшного цвета с выпуклыми жилками и красными цыпками. Очки ее свалились на пол и лежали у ножки стола, поблескивая стеклами, когда на них попадало солнце. Седые бабкины волосы были заколоты простым гребешком, усталое некрасивое лицо не выражало ничего – она видимо была совсем глухая.

Парни быстро обыскали квартиру, но, ни папок с документами, ни денег, ни золота не нашли. Они снова принялись бить мужчину, но он был уже без сознания. Голова его бессильно моталась из стороны в сторону, кровь текла из разбитого носа и рта, заливала рубашку, и, оставив его на несколько, минут они обыскали ванную комнату и балкон. Кроме мокрого белья на балконе они ничего не нашли, и, войдя в комнату начали опять трясти хозяина квартиры только – только что пришедшего в себя. Тот стонал и твердил, что ничего не знает ни про деньги, ни про документы и золото. И вдруг сразу двое один за другим бандиты повалились на пол. У одного из них из плеча, а у другого из бедра потекла кровь. Третий бандит оглянулся и в испуге поднял руки

– Не надо, мать, не стреляй, не стреляй!

Повторял он, заворожено глядя на пистолет с глушителем направленный ему прямо в лицо. Оказалось, что стреляла бабушка. Один из бандитов положил пистолет на стол, чтобы он не мешал обыскивать шкаф, и за шумом телевизора никто не услышал, как проснувшаяся старуха потянула оружие к себе.

– А ну, помоги ему подняться – скомандовала она стоявшему у стены третьему бандиту. Тот торопливо начал трясущимися руками поднимать с пола ее сына. Избитый беспомощно щурил свои заплывающие синяками глаза, и она прикрикнула на бандита

– Ты, что не видишь, его очки отлетели под батарею?

Сын, с трудом нацепив треснувшие очки начал звонить в милицию, а бандит встал у стены на колени и, не отводя глаз от старухи все твердил

– Не стреляй, мать…» Приехавшие милиционеры сами вызвали скорую для раненых бандитов, а здорового заковали в наручники и увели. Врач со скорой оказал помощь избитому, молодой сержант писал протокол, а эксперт, покачивая седой головой, снимал отпечатки пальцев с мебели и усмехался

– До чего же бестолковый народ! Неужели не видно по квартире, вещам и жильцам, что не туда попали? Ведь « заказ» у них был на второй корпус, а они вломились в первый. Лень было в бумажку заглянуть! Сержант, закончив писать, наклонился и поцеловал бабушке руку

– А вы молодец! Как не растерялись? И выстрелы такие точные!

– А я сынок всю войну в партизанах. Там и стрелять научилась.

– Даааа, если бы они удосужились, хотя бы посмотреть на Ваши медали и ордена, знали бы, что здесь можно получить такой отпор, что и во сне не снился! Я им не завидую. Их уголовники засмеют, что повязала их девяностодвухлетняя бабуля, которая и ходить то не может!

Дорогой читатель спасибо огромное за дочитанную до конца статью и комментарии!!!

Если понравилось палец вверх, буду очень рад)

Ошибка
Adblock
detector